Как испортить отпуск

* Авторская орфография сохранена

Надоело царю во дворце, и в огороде всё осточертело, и кухня приелась, и сказки, что нянька на ночь сказывала, опротивели. Скучает царь, хандрит целую неделю. Уже и за колдуньей посылали, и за лекарями, и за скоморохами. Ничего не помогает. А тут от знакомого султана приглашение:

- Приезжай с семейством в Тьмутаракань, поохотимся, удочки закинем, деликатесов отведаем.

Царь духом воспрял, царица кинулась к сундукам - лучшие наряды выбирать, Сенька - вооружаться на всякий случай, а царевны собираться не стали, приключения их сами найдут.

И вот садятся они в карету, запряжённую шестёркой белоснежных лошадей: царь в медвежьей шубе, царица в собольей куцавейке, Сенька в овечьем тулупе, Алёнка и Маруська в заячьих шубках. Едут к султану, на юг.

Пока лесами да полями скакали, ещё ничего было, где в заносах увязнут, где под дождь попадут. А когда у султанова крыльца спешились, народу было не протолкнуться. Царица на себе несла пуда два одёжи: нижняя рубаха из льна, верхняя из шёлка, на рукавах драгоценные опястья[1] с жемчугами, пояс, сапфирами вышитый, телогрея[2] - пятьдесят пуговиц золотых, сверху охабень[3] с длинными рукавами, потом парчовая накидка с бархатной отделкой. На голове волосник[4] из золотых нитей с каменьями, поверх шёлковый платок, расшитый жемчугом, а на нём кика[5] с драгоценными подвесками. На шее ожерелье, на руках перстни. А тут ещё и соболья куцавейка. Стоит ли говорить, что обычно румяное лицо государыни походило на спелый помидор. А как царь вступил на песок вышитыми валенками, народ смеяться уже не мог, народ плакал.

Только привычка париться в бане до седьмого пота не дала царскому семейству помереть. С дороги отдохнули, холодной воды испили, а как остыли, пошли с городом знакомиться. Без шуб, конечно, налегке. Царицу попросили на лицо накинуть полупрозрачный платок, мол, чтобы не сглазили. Оказалось, все женщины прятали лица, и на улице их не узнавали даже собственные мужья.

Роскошь дворца с его фонтанами, бассейнами и садами вызывали легкую зависть у царя. Гостям выделили толмача[6], который хвалил постройки и здешние порядки. К концу дня у царицы в голове перепутались имена, времена и бассейны, одно оно уяснила точно - каждый из них стал местом, где утопили неверную жену или проворовавшегося визиря. Это вносило некоторый холодок в тёплый приём султана.

Наконец, толмач испарился, и всех пригласили к столу. Был стол высотой в две пяди[7], вместо скамеек - тюфяки. И есть приходилось полулёжа. Царица не знала куда деть ноги, как расправить юбки, а вставая, боялась наступить на собственный подол. Подали отварное парное мясо (конина и верблюжатина) с квадратами тонкого теста, приправленного луком и зеленью. Ложек не принесли. По знаку султана все приступили к трапезе, ели руками, захватывая тестом дымящееся мясо и запивали из чашек горячим жирным бульоном - сурпой. Царь заляпал жиром всю барму[8], царица совсем не стала есть, только делала вид, что прихлёбывает сурпу. Дети наелись вдоволь и ускакали играть в канчу[9]. Спать царская чета отправилась до отвала накормленная байками о жизни дворцовых слуг, визирей, стражников.

А утром - на охоту. Царь поохотится любил, держал псарню с борзыми, щенков выбирал сам - по норову, силе, упрямству. Царя усадили в арбу, запряжённую двумя лошадьми, и охота началась. Впереди показалось стадо антилоп, царь поднял лук, но тут арба наскочила на камень, и его величество выпало на горячий песок, чудом избежав столкновения с арбой султана. К своему ужасу царь видел, как султан отвязывает от арбы огромного пардуса[10]. В один миг пятнистая кошка настигла царя и он, не помня себя от ужаса, помчался за антилопами, перепрыгивая редкие колючие кустарники, по-собачьи взвизгивая и взмахивая руками при прыжках так, словно хотел взлететь над этой бескрайней пустыней. Наконец, пардус настиг царя, упавшего на бархан. Последнее, что он помнил - пятнистое брюхо, заслонившее от него палящее солнце.

Когда царю сказали, что он обогнал самого гепарда, он понял, что бежал со скоростью сто двенадцать вёрст в час; то есть, если за ним пустить парочку таких зверей, до дома он добежит за два дня, если без остановки.

Тем временем царицу развлекали на женской половине. Показали ей ковёр восемьдесят саженей[11] в длину и двадцать в ширину, земля на нем вышита золотом, а вода, цветы и плоды - драгоценными камнями. Любовалась государыня серьгами с изумрудами, рубинами, жемчугом, аметистами, которые могли оттянуть ухо до плеча. Увесистые браслеты для рук и ног, ожерелья в несколько рядов бирюзы или янтаря, переплетённые золотыми и серебряными нитями, словно подчёркивали изящную хрупкость восточных красавиц.

- В таких побрякушках сразу на дно пойдёшь, - подумала царица.

Входит она в огромную залу, украшение которой не прозрачные вазы тончайшей росписи, не радостные оконные витражи, не великолепная роспись стен, не изящные кованые светильники, а женщины. Длинные лёгкие рубашки окутывали облаком их тела, шальвары собирались во множестве складок на поясе. Длинные муслиновые шарфы были едва наброшены на косы.

- Настасья, - представляется царица самой пожилой даме.

- Джамиля, - отвечает та. - Первая жена.

Царица идёт по кругу, ведомая толмачом и слышит:

- Айша, вторая жена.

- Джана, третья жена.

- Амина, Валида, Зульфия, Лейла, Мадина, Наиля, Саида, Руфина.

На сорок восьмой жене Настасье сделалась дурно, её умыли в фонтане, поднесли к лицу обволакивающие сладкие духи, от которых она пришла в себя и к решению - немедленно покинуть этот дворец.

Завтрашняя рыбалка, экзотический ужин из саранчи и сердца гадюки были отменены. В прохладную ночь шестёрка белоснежных лошадей направилась на север к полосатым половикам, пшённой каше с сушёными грушами, горячей баньке с берёзовыми вениками, к нянькиным нехитрым сказкам. Одним словом, к родимому дому. В два дня, конечно, не доехали, прибыли во дворец, когда у царя борода до жирных пятен на барме доросла.

Дома царь мечтательно заговорил о бассейнах. Настасья царя подняла за грудки и ласково так сказала:

- Запомни, Ванюша. Я у тебя жена первая и последняя. И поскольку у нас бассейна нету, я тебя, если что, в корыте утоплю.

[1] Опястья – украшения низа рукавов.

[2] Телогрея - старинная русская женская длинная распашная верхняя одежда с откидными рукавами.

[3] Охабень - верхняя широкая одежда с отложным воротником.

[4] Волосник -  шапочка, плотно покрывавшая волосы и надевавшаяся под платок.

[5] Кика - древнерусский женский головной убор в виде открытой короны, богато украшенной жемчугом, бисером, драгоценными камнями.

[6] Толмач – переводчик.

[7] Пядь – старинная русская мера длины 0,1778 м.

[8] Барма - ожерелье на торжественной одежде царя со священными изображениями.

[9] Канча – игра в шарики.

[10] Пардус – гепард.

[11] Сажень – старинная русская мера длины 2,13 м.