История без фотографии (12+)

* Публикуется в авторской орфографии

История без фотографии

     За окном вновь побелел абрикос — в ожидании мая. Солнечный луч растянулся на увесистых, с покусанными временем краями, фотоальбомах. Это альбомы с моей историей — историей моей семьи.

     С приближением Дня Победы я всё чаще листаю их страницы, встречаясь взглядами со своими предками. У каждого из них — своя судьба, своя история: интересная, полная радостей и горестей. Но одна — одна история — особенно жива в моей памяти. Она не отпускает меня уже много лет. Она печальна, как всё в военные годы. Ведь война не выбирала... Но она о любви!  Настоящей и глубокой, щемящей сердце и западающей в душу.

    Эту историю рассказала мне моя бабушка больше тридцати лет назад. Услышав ее в год снова и снова. Бабушки не стало… И теперь эту историю хочу рассказать я.

      Письмо из 41-го

 Шёл далёкий 1941 год. В один из июльских вечеров в почтовый ящик опустилось письмо — долгожданное, тревожное, как и всё в то время. Это было письмо от Васи. Было известно, что две недели назад он был ранен и направлен в госпиталь. Вся семья с замиранием сердца ждала вестей.  

     Но в этот раз это было не просто письмо...

«Добрый день, многоуважаемые мама и папа, сестра Лидочка! Будучи в госпитале, я познакомился с хорошей девушкой Любой. Она очень близка мне по духу. В дальнейшем, возможно, она станет моим пожизненным другом...»  

   Совсем юная медсестра Люба встретила Василия в одном из военных госпиталей Сталинской области, куда он попал после осколочного ранения в руку во время артобстрела. Люба выходила его: читала письма из дома, писала за него, когда Вася был слишком слаб... Но это письмо он написал сам — с невероятной чуткостью и уважением. Он впервые открыл родным свои чувства и рассказал о планах на жизнь. 

     Девушка с чемоданчиком

    Осенью, когда дороги совсем раскисли, а деревья скинули последние охристые наряды, в один из вечеров раздался стук в дверь. Гостей в этот день не ждали. Но на пороге стояла... она.

     Худенькая, с тёмными кудряшками, в поношенном пальто, с маленьким чемоданчиком в руках, дрожа от холода и пронизывающего ветра стояла Люба. За тысячи километров, зная только адрес на конверте, она приехала в дом Васи.

     Он — всем сердцем — хотел уберечь свою любимую от ужасов войны и отправил её к себе на родину. Так Люба обрела новую семью, в которой прожила, как родная дочь, полтора года  пока не   приняла решение — вернуться на фронт.

     Письма сквозь пули

  За все эти полтора года молодые виделись всего дважды — когда Вася на пару дней приезжал домой. Всё, что у них было, — письма, которые летели друг к другу из сырых окопов и промёрзших землянок. В них они жили, любили, заботились друг о друге и мечтали о лучшей жизни.

«Любочка! И наша жизнь потечёт снова — широкой, светлой лавиной, какой ни ты, ни я ещё не видели...»

«Милая, любимая Любочка! Береги себя, как зеницу ока, иначе любая болезнь влечёт за собой массу неприятностей. Береги себя — и ещё раз береги...»

     Иногда они были в невыносимой близости  друг от друга. В невыносимой,  потому как могли увидеться.  Могли хоть минуту, но побыть вместе. Как связанные невидимой нитью – ходили где-то рядом.

«Я от Васи нахожусь всего в 40 км. Письма получаю часто, но видеться нельзя, нас никуда не пускают...»

«От Любочки совсем недавно получил открытку,  в которой она сообщила, что жива и здорова...

    Июль 43-го

Ранним утром, 17 июля 1943 года, вместе с жизнью Василия оборвалась и эта история любви…Она, как  многие в те годы, не имела продолжения в детях…Она даже не имела совместной фотографии. Но она осталась жить в нежности написанных писем, в мечтах о счастливом будущем на пожелтевших листах. Она  осталась жить в нашей памяти, и теперь будет жить в памяти наших детей.

    Домик и река…

«Дорогая мамочка, Лидочка! Тяжело это письмо писать. Долго я таила в своей душе, но грудь моя трещала от боли, сердце мое несчастливое сжималось в комок. Вьётся и рвётся только к вам. Дорогая мамочка, трудно переживать в одиночестве такие тяжёлые минуты.

Мамочка, родная моя, слезы мои бегут ручьем. Не с кем, мне бедной, поделить своё большое горе. Не стало у нас нашего любимого героя... Последнее письмо получила от него, где нарисовал он мне домик и реку… Это моя первая любовь, которого я крепко любила»

   Для Любы война закончилась в начале 1948 года. Вернувшись в родительский дом Васи, она попросила благословения попробовать начать жить заново…

    Эта история прошла сквозь поколения — из сердца в сердце, из уст моей бабушки в мою память. Я храню её бережно, как драгоценность. В мире, где многое забывается, мне особенно важно, чтобы эта любовь — простая, сильная, настоящая — продолжала жить.

    Я рассказала её теперь вам. А значит, она будет жить ещё дальше.